?

Log in

No account? Create an account
 
 
Геннадий Дворников Journal
Оригинал взят у vasily_kuzmich в К вопросу о рунах у западных славян.
Рассмотрим вкратце вопрос о рунической письменности у западных славян.
Цитата из кн. Громов Д. В., Бычков А. А. Славянская руническая письменность: факты и домыслы, М., 2005.
"Сочинение Клювера (Kluver I. "Beschreibung des Herzogthums Mecklenburg". 1728) излагает рассказ ... с указанием на диссертацию немецкого историка 17-го века Конрада Шурцфлейша 1670 года, в которой уже доказывалось, что у германских славян были свои школы, где дети обучались рунам. Ту же мысль повторил Клювер относительно германских вендов: "Правда школы у вендов были в плохом состоянии, тем не менее их учителя-священнослужители наряду со своими буквами пользовались руническими письменами следующего облика.  В доказательство приводился следующий образец алфавита: "

Историю этого алфавита попытался проследить И.В. Ягич, который рассмотрел графику рун в ранних и поздних изданиях И. Клювера. См. например более ранний вариант:

Ягич пришёл к выводу, что особые знаки для B и E появились в результате нескольких искажений начертаний одного из поздних рунических алфавитов (т.н. "Кимбро-готский"), который в 1691 г. опубликовал Т. Арнкил в Гамбурге (Ягич И.В., Вопрос о рунах у славян // Энциклопедия славянской филологии. Вып. 3. СПб., 1911).
Кимбро-готский алфавит по Т. Арнкилу:

Вместе с тем и алфавит Клювера (в нескольких вариантах) и алфавит Арнкила передают особые руны П и U/V, которые редко встречаются в датских надписях. Причём наличие П уникально для рун и может быть объяснено влиянием либо кириллицы, либо греческого письма, что свидетельствует скорее о балканском или среднедунайском (моравском?) источнике.

Обычно с вендскими рунами ассоциируют надписи на предметах прильвицкой коллекции и микоржинских камнях. На наш взгляд есть достаточно аргументов в пользу признания фальсификатами микоржинских и значительной части прильвицких надписей (см. Ягич И.В., ук. соч.). Однако, часть рунических надписей, найденых на территориях проживания славян ещё в XIX в., возможно являются подлинными.
К подлинным, вероятно, следует отнести повреждённую надпись на кобеличской урне (окрестности Старгарда, земля Мекленбург-Стрелиц).

источник:
Verein für Mecklenburgische Geschichte und Altertumskunde: Jahrbücher des Vereins für Mecklenburgische Geschichte und Altertumskunde. - Bd. 24 (1859), S. 16-20.
Предложенная прорисовка (cоставлена на основе нескольких) содержит вначале знак для Е, сходный с тем, что приводит Клювер. Всю надпись читают "eva gamna ksansa.." ("эта урна князя-жреца.."), по крайней мере слово "ksan(?)s" вполне читается (сближается с польск. ksiadz - господин; священник, вполне вероятна аналогичная форма и у старгардских вагров-ободритов)....
Читать...Collapse )

 
 
Геннадий Дворников Journal
Летом 2011 года Суздальской экспедицией Института археологии были открыты и исследованы остатки одной из курганных насыпей средневекового могильника у села Шекшово в Суздальском Ополье. Курганный могильник в окрестностях села Шекшово известен как один из крупнейших в центре Суздальской земли: в 1852 году А.С. Уваровым здесь было раскопано 244 насыпи. Следов курганов в настоящее время не сохранилось, однако, зная расположение поселений, мы смогли локализовать примерное место могильника и выявить в одном из раскопов ровик, окружавший округлую в плане площадку размерами 17 х 18 м, на которой, по-видимому, находилась курганная насыпь. В центре площадки на уровне древней дневной поверхности расчищен боевой топор со следами серебряной инкрустации, сильно поврежденный коррозией, и серебряная подковообразная фибула с позолотой. Очевидно, эти вещи сопровождали мужское погребение, костные остатки которого не сохранились. Значение находки для изучения ранней истории Северо-Восточной Руси удалось в полной мере оценить после завершения реставрации топора, произведённой в лаборатории Государственного исторического музея В.А. Ширяковым. Под слоем коррозии выявился не только орнамент, но и тамгообразные княжеские знаки («знаки Рюриковичей»), прежде никогда не встречавшиеся на подобных предметах.


Топорик (вес около 240 грамм, длина лезвия 13,5 см, ширина – 9,4 см) принадлежит к широко известному типу «топоров с вырезным обухом», вошедшему в обиход в X веке и получившему широкое распространение в XI-XII веках. От стандартных топориков этого типа он отличается серебряным декором, покрывающим шейку и обух, на торцевой части обуха орнамент выполнен инкрустацией серебра по железу, на боковых гранях – плакировкой (на железо наложена серебряная пластина, на которой заранее был прорезан рисунок). Помимо орнаментальных фигур, на одной из боковых граней топора помещено изображение прямоконечного креста с длинной нижней лопастью, на другой – изображение двузубца с треугольным выступом в основании и отогнутыми наружу зубцами (общий родовой знак Рюрикова дома), на торцевой части шейки – изображение трезубца с треугольником в основании – тамгообразный знак, близкий знакам князей Владимира Святославича и Ярослава Владимировича. Трезубец, как и двузубец на боковой грани, имеют чёткие очертания, это ясно узнаваемые знаки, а не орнаментальные фигуры.

Топорики с серебряной инкрустацией – парадное оружие X–XII веков, представленное немногочисленной группой находок, происходящих с территории Северной Руси, Волжской Булгарии, Скандинавии, Прибалтики и Польши. Значительная часть топориков – случайные находки, лишь немногие происходят из раскопок и надлежащим образом документированы. Среди топориков с серебряным декором выделяются предметы, образующие стандартные серии с близкой орнаментацией, и индивидуальные образцы. Известно около двух десятков орнаментированных топориков с вырезным обухом, восемь из них происходят с территории Руси, большинство украшено однотипным декором. Датированные экземпляры относятся ко второй половине XI – первой трети XII века. В числе индивидуальных образцов – знаменитый староладожский топорик, симбирский топорик, находка из Биляра – высокохудожественные произведения оружейного искусства, хранящиеся ныне в ГИМе и Государственном Эрмитаже, а также недавняя находка из некрополя в Пене в Повисленье, опубликованная А. Яновским. Топорик из Шекшово, безусловно, представляет собой индивидуальное изделие, хотя принцип расположения орнамента и некоторые элементы композиции являются общими для целого ряда образцов. Помещение на топоре тамгоообразных княжеских знаков – уникальное явление. Редко использовались в их оформлении и кресты, изображения которых мы находим лишь на симбирском топорике и топорике из Биляра.

Тамга в виде трезубца с треугольником на среднем зубце ранее не встречалась среди княжеских знаков. Он близка трезубцам, которые помещены на монетах Владимира и Ярослава и идентифицируются как их личные знаки. Можно отметить сходство этой тамги со знакам в виде трезубца со средним зубцом в виде остроконечника с выступами у основания, известным на сребрениках Владимира и трапециевидных подвесках, однако видеть в них идентичные знаки нет оснований. Двузубец рассматривается как общий родовой знак князей Рюрикова дома. Использование этого тамгообразного знака ограничено X – началом XI века. Очевидно, тамга с треугольником на среднем зубце трезубца могла принадлежать кому-то из ближайших родичей Владимира и Ярослава. Летопись сохранила известия лишь о двух Рюриковичах, занимавших Ростовский стол в конце X – начале XI века: Ярославе и его брате Борисе, сменившем на ростовском княжении Ярослава, после перехода последнего в Новгород. Вполне вероятно, что тамгообразный знак с треугольником на среднем зубце принадлежал Борису Владимировичу, однако эта атрибуция не может быть строго доказана. Не располагая данными для точной персональной атрибуции тамгообразного знака на торце топорика (как и для определения персональной принадлежности многих других знаков), мы, тем не менее, можем надёжно относить его к кругу эмблематики конца X – начала XI века и датировать топорик этим временем. На раннюю дату указывает и сочетание двузубца и трезубца.

Находка орнаментированного топорика с княжескими двузубцем и трезубцем в Шекшовском могильнике замечательна во многих отношениях. Это один из наиболее ранних образцов парадного вооружения такого рода, найденных на территории Руси. Находка расширяет немногочисленный ряд тамгообразных княжеских знаков конца X –начала XI века., известных сегодня науке. Это первый зафиксированный археологией случай помещения тамгообразных знаков на дорогое парадное оружие, выступавшее как символ власти. Очевидно, топор, как и найденная рядом с ним серебряная застёжка-фибула, сопровождали погребение высокопоставленного представителя княжеской власти (на высокий статус погребенного в кургане указывают и размеры насыпи, диаметр которой почти вдвое превосходил средние для Суздальского Ополья значения 8-10 м). Таким образом, парадный топорик свидетельствует о присутствии в начале XI века княжеской администрации в формирующихся центрах древнерусского расселения на Северо-Востоке Руси, на территориях, которые, как ещё недавно считалось, долгое время находились под управлением местной знати и были мало затронуты окняжением.
 
 
 
Геннадий Дворников Journal
В скелете молодого человека со стоянки Маркина Гора, относящейся к Виллендорф-костёнковской культуры, обнаружена ныне редкая митохондриальная гаплогруппа U2. Возраст останков - 32 тысячи лет. Найдены они были археологом Александром Рогачевым в 1954 году в Костёнках.

Мужчина в возрасте 21 года был похоронен в неглубокой яме овальной формы. Кости были покрыты красной охрой, которая, как полагают, использовалась нашими пращурами в погребальных обрядах. По сохранившимся на останках рядам костных бус и песцовых зубов ученым удалось реконструировать одежду древних людей. В целом костюм представляется как глухая одежда арктического типа, состоявшая из кожаной (замшевой) или меховой рубашки типа малицы, надевавшейся через голову, кожаных же длинных штанов и сшитой с ними кожаной обуви типа мокасинов. Головной убор представлял собой шапку, расшитую песцовыми зубами.
Захоронение человека со стоянки Маркина Гора
Судя по сильно скорченному положению скелета и следам красной краски на костях, тело умершего было спеленуто или связано и засыпано охрой. Никаких вещей в могиле не оказалось, но в культурном слое, с которым связано погребение, были найдены орудия ранней поры верхнего палеолита, относящиеся к ориньякской культуре − пластины, скребки, резцы, а также кости животных (в основном диких лошадей). Во внешности человека палеолита Русской равнины преобладали европеоидные признаки. Хотя обнаруживаются и некоторые черты, характерные для тропических групп (папуасов) − очень узкая черепная коробка, низкое и узкое лицо, резкий прогнатизм (выступание лица вперёд), очень широкий нос.

Анализ останков проводил шведский биолог Сванте Паабо из Института эволюционной антропологии Макса Планка в Лейпциге (Германия). Выяснилось, что генетический код этого человека, погребённого около 28 тысяч лет назад, соответствует генетическому коду современных европейцев. Как оказалось, обнаруженный под Воронежем древний человек относится по своему генетическому коду к гаплогруппе U2, которая очень редка среди современного населения Земли, хотя она представлена и в Европе, и у японцев, и у корейцев, и народов Юго-Восточной Азии, и в Северной Африке. Недавнее исследование показало очень высокий процент типа U в скелетных останках древних охотников-собирателей из Центральной Европы. Согласно новейшим исследованиям, около 30 тысяч лет назад в Европу пришла новая волна переселенцев, относящихся к другой гаплогруппе - Н. Именно к этой группе сейчас относится основная часть населения современной Европы. Кстати, анализ мтДНК кроманьонца, жившего 28000 лет назад в пещере Пагличчи (Италия), показал, что у него была гаплогруппа H.