Category: финансы

genveles

Экономика на «троечку с минусом»

Оригинал взят у fbk_nikolaev в Экономика на «троечку с минусом»

Заканчивается президентство Д.Медведева. Его будут оценивать по-разному. Но экономика – замечательная штука в том плане, что её можно и нужно оценивать на языке цифр.

А чтобы к цифрам, они ведь и лукавые, как известно, могут быть, не было претензий со стороны  властей, надо брать официальную статистику.

Итак, по основному макроэкономическому показателю – ВВП – Россия имеет прирост в 5,5% за минувшие годы президентства.

Много это или мало?

Ну, до этого мы за год вырастали больше. Но ведь кризис случился, а потому несправедливо это сравнение.

Правильное замечание. Тогда надо провести сравнительный страновой анализ. Кризис-то мировой, всех коснулся. Возьмём группу наиболее крупных в экономическом отношении стран – G-20. У России по итогам 2008-2011 гг. только 11-е место.

А вот если взять так приглянувшуюся российским властям группу быстроразвивающихся стран BRICS, то Россия, увы, показала за минувшие 4 года последний 5-й результат.

Лидирует же в обеих группах Китай с приростом экономики в 2008-2011 гг. в 44,2%.

Сравнение со странами СНГ не улучшает картину. Россия – на 9-м месте, обогнав только Украину, где за 2008-2011 гг. ВВП упал на 4,5%, и Армению – снижение на 2,1%.

Можно ещё попытаться найти какие-то конфигурации, в которых Россия выглядела бы поприличнее. Мне предложили, к примеру, посмотреть по бывшим соцстранам. И нужны ли эти ухищрения?

Кстати, среди бывших соцстран мы тоже лучшими не будем, потому как среди них были страны, которые даже в самый жестокий год кризиса не падали (в Польше в 2009 году ВВП вырос на 1,6%).

Можно, конечно, договориться и до того, что показатель роста ВВП – он не показателен.

А, может, всё-таки признаем, что экономика за минувшую четырёхлетку выросла очень слабо. На «троечку с минусом».


Мои статьи - http://www.fbk.ru/library/columns/
Исследования ФБК - http://www.fbk.ru/library/research_library/

genveles

«Приразломная» - развалюха уже сыпется в Арктике

«Приразломная» - очередной миф арктических побед и достижений?

Амбициозные планы России по разработке Арктического шельфа могут рухнуть на первом же стратегическом проекте. Распиаренная на весь мир платформа «Приразломная» не только не готова к добыче нефти в условиях Арктики, но и начинает разваливаться по частям. О перспективах «Приразломной» рассуждает ИА «Аrcticway.ru».

Как пишет издание, пользователи Интернета третью неделю обсуждают видео, на котором видно, как от уникальной ледостойкой платформы в Печорском море… отваливается трап. Единственное средство связи с судами снабжения.

«Жалкий лепет оправданья» «Газпром нефть шельфа» (оператора проекта) только усиливает комичность ситуации. По официальной версии компании, трап был временный, поэтому и отвалился. Почему его не сменили перед выходом на точку базирования, «Газпром» умалчивает. Автор выложенного видео утверждает совершенно обратное - ошибка конструкторов, которые не учли всех погодных особенностей Арктики.

Конструкторы конструкторами, но, похоже, что «Газпром», выгоняя платформу в море, и не собирался учитывать все нюансы тяжелейшего шельфового проекта. Мурманские журналисты за неделю до отправки «Приразломной» опубликовали шокирующее видео из недр арктического «чуда». Ржавеющее оборудование, облупившаяся краска, горы хлама. Неудивительно, если учесть, что возраст различных частей платформы колеблется от 15 до 27 лет. Источники на «Севмаше» утверждают, что «Приразломная» вышла на месторождение недостроенной. Не выводить ее было нельзя – безоговорочные сроки запуска проекта озвучивал сам Путин.

Приразломная «шкура»

Перед началом Арктического форума все российские СМИ протрубили, что лидер нации нажмет в Архангельске на заветную кнопку и введет гигантскую конструкцию в эксплуатацию. На деле никакой кнопки не оказалось, и только замерзший Сечин мычал по видеосвязи что-то невнятное об экологической безопасности объекта. Запуск снова перенесли, а все действо оказалось очередной порцией лапши на уши, щедро посыпанной пиар-технологиями. Размахивая «Приразломной» как флагом, Кремль вместе с придворными СМИ творит очередной миф. Миф арктических побед и достижений.

История мифа начинается в лихие 90-е, когда академик Велихов вместе с северодвинскими оборонщиками продавил идею создания «Росшельфа» - отечественной компании, специализирующейся на освоении шельфовых месторождений. Акционерами нового предприятия стали «Газпром», «Архангельскгеология» (позднее «Архангельскгеологодобыча»), «Севмаш», «Северсталь», Кировский и Ижорский заводы, специализированные КБ и НИИ. Исторически это был верный ход. Велихов предугадал и рост цен на нефть, и необходимость конверсии ОПК, и предстоящую борьбу за Арктику. Но в российской действительности даже правильные решения приводят к непредсказуемым результатам.

«Росшельфу» передали лицензии на Штокман и Приразломное, «Газпром» открыл финансирование и даже привлек иностранного партнера - австралийскую ВНР Petroleum. А дальше начались проблемы. Акционеры «Росшельфа» стали делить шкуру неубитого медведя. «Промышленники» (оборонные заводы и проектные институты) требовали скорейшего начала строительства платформы; «финансисты» (Газпром и Архгеология) – думали, как бы сэкономить. В итоге победили первые – в декабре 1995 года «Приразломная» была заложена, несмотря на отсутствие окончательного проекта. «Севмаш» приступил к работе над четырьмя кессонами, из которых предстояло составить основание платформы.

Компенсируя потери, «Газпром» развел на деньги наивного иностранного партнера. ВНР Petroleum привлекла в проект британскую Kellogg Brown & Root, которая вместе с КБ «Рубин» разработала FEED «Приразломной» и занялась детальным проектированием кессонов. По оценкам экспертов, затраты Petroleum в проект составили более 50 миллионов долларов. «Севмаш» осваивал деньги, «Газпром» переключился на другие проекты; только спустя три года австралийцы поняли, что их кинули. В январе 1999 году компания вышла из проекта под предлогом неоправданного инвестиционного риска. Проектирование и строительство платформы фактически заморозилось. В России наступала эпоха Путина…

По следам Остапа Бендера

В 2001 году при посредничестве президента конфликт акционеров «Росшельфа» был улажен. Доли «промышленников» были проданы набирающей силы «Роснефти». На паритетных началах с «Газпромом» было учреждено ЗАО «Севморнефтегаз». Кроме того, нефтяная госкорпорация взяла на себя обязательства инвестировать в Приразломный проект 130 миллионов долларов. На деньги «Роснефти» с «Приразломной» проделана операция, достойная премии имени Остапа Бендера.

ЗАО «Севморнефтегаз» под предлогом экономии отвергает первоначальный проект (куда ушли деньги ВНР Petroleum так никто и не узнал) и покупает в Норвегии старую платформу Хаттон за 67 миллионов долларов. «Севмашу» передают верхнее строение и поручают собрать «Приразломную» как конструктор: кессоны наши, верх - с Хаттона.

Норвежский металлолом (иное слово подобрать сложно) приходит в Северодвинск со следами радиоактивного заражения (!!!). Разгорается скандал, журналисты начинают выяснять подробности сделки - результаты расследования оказываются шокирующими. «Хаттон» была построена в 1984 году и эксплуатировалась американской компании Kerr-McGee, в британском секторе Северного моря. В 2002 году физически устаревшая платформа была выкуплена норвежской конторой Monitor TLP Ltd (с регистрацией на Каймановых островах) за 29 млн долларов. Но вместо ожидаемого распила на металл платформа перепродается «Севморнефтегазу» по цене в 2,3 раза выше покупной. Почему сомнительной оффшорной компании были переплачены 38 млн долларов бюджетных средств – история умалчивает. Счетная Палата на журналистские просьбы разобраться закрыла глаза.

Блестяще провернув операцию, Роснефть вышла из проекта, продав долю в «Севморнефтегазе» «Газпрому» за 1,7 миллиардов долларов (!). «Скрещиванием ужа с ежом» («Хаттона» с кессонами) занялся «Морнефтегазпроект» - который по счету проектировщик «Приразломной». Свои усилия приложили «Коралл», «Рубин» и «Малахит». Вопрос с проектированием вызывал перманентную головную боль у корабелов. Бывший гендиректор «Севмаша» Николай Калистратов публично заявлял, что при наличии проекта готов «сделать платформу из консервной банки». Но когда его в 2011 году «уходили» с завода, никакого проекта в помине было. И «Приразломную» строили, как придётся. От «Хаттона» оставили одни стенки; прикрепили жилой модуль и вертолетную площадку. С буровым оборудованием помогли американцы (Indrill International). Вопросом о том, будет ли все это работать, конструкторы, видимо, не задавались. Но даже надежный трап им спроектировать не удалось.

К концу 2000-х «Приразломная» стала бельмом на всей арктической политике России. Закрыть проект нельзя, реализовать – практически нереально, а Запад смеется уже в открытую. В итоге было решено пойти «ва-банк». Проект негласно был засекречен и быстренько прошел Госэкспертизу. На попытку экологов получить материалы для общественной экологической экспертизы последовал категорический отказ. Между тем, ключевой документ – «план ликвидации разливов нефти» - у «Газпром нефть шельфа» (переименованный «Севморнефтегаз») просто отсутствует. Согласно озвученным данным Госэкспертизы, за ущерб, который в течение 25 лет «Приразломная» нанесет уникальным рыбным запасам Печорского моря, «Газпром» готов выплатить... 6,6 миллионов рублей (!). И это при общих инвестициям в проект в 7 млрд долларов.

Платформу выгнали в море, экологи собрали более 10 тысяч подписей под обращением к Путину с требованием остановить реализацию проекта. Кроме шума, они вряд ли сейчас чего-то добьются. Миф либо разрушается сам (как утерянный трап), либо гибнет следом за цивилизацией, его породившей. Но пока мифотворец правит бал, вера в то, что из консервной банки можно создать «арктическое чудо» будет жива.

Алексей Петров

Источник:
http://www.arcticway.ru/index.php?id=333
http://tv29.ru/?bl60number=8462
genveles

Нименьга - у архангельского золота долги

«Кладоискатели» остались должны

В отношении ЗАО «Онегазолото», владеющего лицензией на добычу ценных металлов на золотоносном участке Онежского района, введена процедура банкротства. Поводом для судебного разбирательства послужили многолетние долги предприятия перед ЗАО «Кратон», выполнявшим поисково-оценочные работы на месторождениях золота и платины.

Инициировал рассмотрение дела о несостоятельности в Арбитражном суде Архангельской области предприниматель, депутат Архангельской городской Думы некто Максим КОРЕЛЬСКИЙ. Согласно материалам дела, между ЗАО «Онегазолото» и ЗАО «Кратон» были заключены договоры на выполнение поисковых и оценочных работ на золото и металлы платиновой группы в пределах Нименьгской площади Архангельской области. Общая сумма заявленных требований - 3,6 млн рублей.
Судом введена процедура банкротства - наблюдение. Временным управляющим предприятия назначен некто Михаил ФЕДОРОВ.

Директор ЗАО «Онегазолото» некто Игорь РАКИТИН повода для волнения не видит. Он сообщил, что введение процедуры банкротства никак не отражается на работе предприятия.
Аналогичной позиции придерживаются и в областном министерстве природных ресурсов и лесопромышленного комплекса. По мнению заместителя министра, начальника управления природопользования некоего Андрея ЗУБОВА, введение процедуры банкротства – не уникальная ситуация для предприятий, реализующих такие масштабные проекты, и у ЗАО «Онегазолото» есть все шансы успешно продолжить свою работу.

«Реализация подобных проектов требует больших финансовых вложений на начальном этапе, а инвестор, как правило, приходит после проведения разведочных работ, когда уже можно более или менее точно просчитать прибыль, - пояснил Андрей Зубов. – Я уверен, что инвестор появится, и произойдет это в скором времени, тогда все финансовые проблемы ЗАО «Онегазолото» будут решены».
В Архангельской области месторождения золота и металлов платиновой группы обнаружены на так называемой Нименьгской площади. Это участок Онежского полуострова площадью 3050 кв. м, расположенный в 200 км от Архангельска.
По словам Андрея Зубова, месторождения достаточно перспективны. По предварительным оценкам, данным специалистами в начале проведения оценочных работ, объем добычи золота за период действия лицензии (25 лет) может составить более 100 тонн, платины – более 30 тонн. Сейчас эти цифры уточнятся. Но уже известно, что себестоимость производства 1 г металла не превышает $5. Валовая прибыль в целом по проекту оценивается в сумму до $198,6 млн.

ЗАО «Кратон» и его «дочка» ЗАО «Онегазолото» геологоразведочные работы ведут с 2001 года. Согласно первоначальной программе к непосредственной добыче металлов планировалось приступить в 2005-2007 годах. Однако проблемы с финансированием отодвигают сроки.
В настоящее время завершается первый этап геологоразведочных работ – выполнены поисковые и поисково-оценочные работы на коренных и россыпных проявлениях золота. По словам Андрея Зубова, специалистами пробурено 93 скважины. Общий объем финансирования составил порядка 63 млн рублей. Бурением занималась компания «АЛРОСА».
Второй этап - разведку и подготовку к эксплуатации первого месторождения в ЗАО «Онегазолото» намерены осуществить в 2012-2015 годы. По результатам выполненных работ будут подготовлены геологический отчет с подсчетом запасов золота и платиноидов и технико-экономическое обоснование освоения месторождений. Второй этап работ так же потребует солидных инвестиций.

Остается надеяться, что новый акционер компании, для которого проект, по оценкам специалистов, может принести неплохие дивиденды, появится в скором времени. По крайней мере, региону разработка золотых месторождений могла бы принести ощутимые плюсы - налоги, рабочие места, инвестиции.
genveles

Дмитрий Кремнёв: Аграрный вопрос в современной России

Почему предметом настоящей работы является именно аграрный вопрос? Ведь, казалось бы, судя по СМИ, магистральным направлением, воротами в будущее процветание нашей страны должно стать развитие высоких технологий. Об этом говорят с высоких трибун, на это выделяются огромные деньги из госбюджета.

Никто не спорит, что переход к инновационной экономике крайне необходим сейчас для России. Этим путем надо идти и идти решительно и энергично. Но все дело в том, что все положительные эффекты такого перехода будут сведены к нулю и даже самая его возможность весьма сомнительна в том случае, если не будут решены другие проблемы народного хозяйства России, едва ли ни острейшей из которых является аграрный вопрос.

Наша страна в свое время уже пережила одну модернизацию, сталинскую модернизацию. Тогда создание передовой индустрии было во многом осуществлено за счет аграрного сектора экономики. С конца 20-х годов XX века и до самого конца советской власти сельское хозяйство представляло собой чуть ли не главную болевую точку экономики СССР. Это отнюдь не значит, что колхозно-совхозная система была порочной в самой своей основе. Просто в народном хозяйстве создался существенный дисбаланс.

Значительное отставание аграрного сектора бумерангом било по финансовой системе СССР (низкая цена на продукты питания, реализовывавшиеся через систему госторговли была обусловлена государственными дотациями) и по самой промышленности. Нельзя сказать, что в партии и правительстве не понимали этого. На подъем сельского хозяйства были направлены многомиллиардные капвложения (трудно даже представить себе их эквивалент в теперешних ценах), принята Продовольственная Программа. Однако, в общей ситуации экономико-социального застоя и коррупции все эти меры дали довольно слабую отдачу.

И все же, даже в самые нелегкие времена, положение в аграрном секторе СССР было куда лучше, если сравнить с тем, что происходит сейчас. Чтобы убедится в этом, достаточно отъехать от Москвы и Петербурга километров на сто. На месте бывших колхозных и совхозных животноводческих ферм стоят развалины, громадная часть сельхозугодий никак не обрабатывается.и зарастает борщевиком, деревни пустеют, покидаются последними жителями...

Автор этих строк видел все это собственными глазами. Единственный растущий сектор вне городской черты это дачное и котеджное строительство.

Зададимся вопросом, может ли страна, которая не в состоянии обеспечить себя продовольствием собственного производства, уверенно смотреть в будущее? Думается, ответ очевиден. Очевидно, что бьющийся в агонии аграрный сектор, если не принять срочных мер, потянет самую что ни на есть высокотехнологичную экономику назад. Отрицательный эффект на промсектор будет еще сильнее чем в советские времена.

Аграрный вопрос теснейшим образом связан с другими судьбоносными вызовами, стоящими сейчас перед Россией. Это, прежде всего, демографическая проблема. Известно, что городская семья, в отличие от сельской, имеет тенденцию ограничиваться одним или двумя детьми. Следовательно, городское население, и то в лучшем случае, может обеспечить только простое воспроизводство населения, никак не прирост. Семьи в городах менее прочны, подрастающее поколение более уязвимо для таких социальных пороков как алкоголизм и наркомания. "Вымывание" коренного населения России в последние годы в значительной степени связано с социальным и демографическим коллапсом российской деревни. Кроме того, есть еще одна важная проблема.

Казалось бы, какая может быть связь между обороноспособностью страны и долей сельской молодежи в демографической структуре России? Для поверхностного взгляда - никакой. Но именно деревенские пацаны всегда составляли в России основную массу рядового состава ВС. Именно они даже сейчас не "косят" от армии, как городские, а охотно идут служить. Что будет, если доля сельской молодежи сократится до совсем уже незначительных величин? Нашу родину некому будет защищать.

Как поднять деревню? Как решить аграрный вопрос? Это сейчас важнейшая государственная задача, решение которой требует неотложных и комплексных мер.

Очевидно, что возврат к полностью разрушенной в результате реформ колхозно-совхозной системе в сегодняшних условиях нереален. Напомним, что постперестроечная аграрная реформа, ликвидировавшая колхозы и совхозы, состояла в том, что бывшие колхозники и работники совхозов получили право выделить земельные паи в частную собственность. Многие из них воспользовались этим правом, многие нет. Те, кто воспользовался, часто продавали свои паи за бесценок "инвесторам"- перекупщикам и даже более менее обеспеченным горожанам, желающим выгодно вложить деньги или просто-напросто "спекульнуть" землей. У тех же крестьян, кто не успел должным образом офомить свои земельные паи в установленный законом срок, государство их отымает. Интересно отметить что союзная России Беларусь в свое время отказалась от планов ликвидации колхозов и совхозов. Беларуский лидер А.Г. Лукашенко высказывается по этому поводу весьма мудро: "Не было бы их [колхозов и совхозов - ДК], то где бы вы все работали? Колхозы и совхозы защищают и поддерживают сельского человека, поэтому их обязательно нужно сберечь. Если мы их ликвидируем, то разрушим уклад сельской жизни в Беларуси". Результат, что называется налицо - все россияне, проезжаюзщие автомобильным транспортом по Беларуси, отмечают разительный контраст сразу же после пересечения границы - они видят ухоженые чистые деревни, колосящиеся поля, пасущиеся на лугах стада крупного и мелкого рогатого скота. Такое впечатление, что каждый гектар земли здесь пущен в дело.

Таким образом, в результате скороспелых и непродуманных реформ разрушена социальная инфраструктура колхозно-совхозного землепользования, подорвана коллективистская трудовая этика. Между тем, ситуация требует безотлагательных действий. Необходимо опереться на то, что осталось еще живого и дееспособного на селе, остановить переселение аграриев в города и наоборот, создать экономические стимулы для миграции части городского населения в деревню. Аграрный вопрос сейчас - это вопрос о самом существовании российского крестьянства. Если оно будет и дальше сокращаться как социально-экономический слой такими же темпами как сейчас, то в конце концов мы придем к тому, что за пустующие и заброшенные, никем не обрабатываемые земли начнут открытую и теневую борьбу иностранцы.

В России уже два десятка лет говорят о фермерстве. В реальности же фермерство не стало сколь нибудь весомой социально-экономической силой в аграрном секторе. Почему? Нельзя сказать, что для крестьян-фермеров ничего не делалось. Им давались налоговые льготы и льготные кредиты, для них создавались иные преференции. Но все эти меры тотчас же обесценивались как только крестьянин выходил на рынок со своей продукцией. Она не выдерживала конкуренции с западными монополистами, для которых государство широко открыло таможенные границы.

Спасти и возродить российское крестьянство можно только приняв на федеральном уровне комплексный пакет мер, долгосрочную программу, обеспеченную масштабным государственным финансированием. Какие меры, по нашему мнению, должны быть предусмотрены в этой программе?

1. В сфере аграрного производства должна быть создана сеть парков сельскохозяйственной техники. Такие парки должны быть созданы в каждом муниципальном районе. Они должны принадлежать государству и каждый фермер этого района мог бы получить на льготных условиях в аренду или лизинг от государства любую необходимую ему технику. Это своего рода аналог существовавших в советское время МТС (машинно-тракторных станций), только работающий в условиях рынка.

2. В сфере распределения агропродукции необходимо создать государственную сеть заготовительных контор. Таким образом, фермеры имели бы возможность сбывать свою продукцию не сталкиваясь впрямую с рыночной стихией, а государство на какое-то время приняло бы на себя роль своеобразного буфера между крестьянином и рынком, что дало бы крестьянству возможность поднятся на ноги. Заготконторы представляли бы собой рыночныепредприятия, но с государственной формой собственности.

3. Необходимо защитить российского фермера путем изменения таможенной политики в отношении импортной агропродукции. Необходимо где постепенно, а где и сразу повышать таможенные тарифы.

4. Необходим продуманный комплекс мер, направленных на стимулирование миграции горожан в деревню. Пакет этих мер должен включать в себя широкомасштабную социальную рекламу в СМИ, "подъемные" для людей, изъявивших желание строиться и работать на земле, налоговые льготы и льготный кредит для всех желающих взять в аренду и обрабатывать землю из госфонда свободных земель, принятие специального федерального закона "Об экопоселениях" и т.д.

5. Известно, что значительная часть сельхозугодий в России (нечерноземная полоса, ряд территорий Сибири) расположена в так называемой зоне рискованного земледелия. Для того чтобы минимизировать воздействие неблагоприятных для земледелия природных условий необходимо внедрять новые и вместе с тем экологичные методы ведения сельского хозяйства, такие как пермакультура.Используя принципы пермакультуры пропогандист этого метода австрийский крестьянин Зепп Хольцер в своем фермерском хозяйстве Краметерхоф, что в австрийских Альпах, добился настоящих чудес - у подножия заснеженных вершин например растут субтропические культуры.

Могут спросить, а откуда у государства возьмутся на все это деньги? В действительности же это не такая уж большая проблема. Например, только что в СМИ опубликована информация о правительственных планах по продаже принадлежащих государству крупных долей в акционерном капитале 10 крупнейших российских компаний ("Русгидро", РЖД, "Роснефть", Сбербанк, Внешторгбанк и др.). "Ожидаемые доходы в бюджет в 2011-2013 годах по продаже акций составят около 1 триллиона рублей", - заявила министр экономического развития РФ Эльвира Набиуллина.

Почему бы эти средства не направить на возрождение деревни?

Отсюда:
http://forum-msk.org/material/economic/4835436.html